Состояние организма и анатомия сна

Вода не случайно является нам стихиею страсти. Состояние страстного организма поэта живописуется бессознательно в отношениях поэта к воде. Неужели же состоянье воды у поэта — показует нам состоянье страстей у него? Возьмем воду у Тютчева: вода Тютчева — и зеркальная влага, и воющая пучина; она — обильна, ясна, глубока; живописание воды Тютчевым показует ее, как некую мощную силу, могущую быть и нежной; не мутна она; не скудна она; очень мало в ней льда; никогда почти она не «болото». Переходя от воды к жизни Тютчева, мы должны здесь отметить: страстная натура поэта, как и «вод» его, глубока; никогда не бывает больною; мятется природа поэта, — словно юноша, не утративший способность любить.

Возьмем «воду» у Блока в отношению к идейному лику Музы. Это лик в нем менялся; сперва не было явлено нам его Имя: потом Блок его назвал — Прекрасною Дамою, обращает к ней поэт свою нежную страсть; разгораяся явною страстью к Видению Неба, поэзия Блока как-то путает планы; из смешения ее земно-оргийных и небесных начал вырастают болезни экстазов — радений поэзии Блока. «Радение» ведет к срыву: жизнь страстей получает удар; заболевает она; Лик Небесной Подруги становится Маскою; и когда спадает она — под ней видим мы пустоту: женщина легкого поведения появляется откуда издали; хиреет в поэзии Блока здоровая страстность.

Возьмем «воду» в поэзии Блока в отношении к перипетиям явления и превращения Лика Музы его. Поразительна параллель «вод» в поэзии Блока, состоянья стра­стей и изменения лика Музы.

Наблюдаемы здесь три главнейших этапа.

Этап первый: Небесное Видение еще не посетило поэта; и спят страсти поэта.

Как в периоде этом живописуется блоком вода?

Она — ленива, сонна; или — ропщет угрюмо; нет разбега в ней тютчевских бурь; нет и ясности.

Появилась Прекрасная Дама. Поэт ее любит. Как в периоде этом живописует он воду?

Закипает вода: реки рвут корост льда; разливаются; и, бушуя, поют. Если сжать сумму слов о «воде» и найти к ней модель в одной фразе, то — вот она:

Мы — живем в старинной келье

У разлива вод Здесь весной кипит веселье

И река поет.

Экстаз влажной стихии поэта живописуется в экстазе воды. Этап третий: Прекрасная Дама скрывается.

Экстаз чувств обрывается; и «вода» не поет, не бежит; очень много стоячей воды; она ржаво цветет; лейтмотивом «болота» исполнены песни Блока. Появляется Незнакомка под Маской: вода замерзает, становится снегом.

Здесь, в ленивой воде, в пенье вод, в зацветающем гнилью «болоте» и в снежной метели с неподдельною ясностью перед нами проходят перипетии глубиннейших переживаний поэта, которые скрыты и от него, и от нас в своем подлинном образе; это подлинный образ поэтом однако нам дан не в словах о себе, а в картине природы; так из суммы пейзажей слагается подлинный нелицеприятный отчет о состоянии стихий у поэта. Пейзаж природы аккомпанирует дневным смыслом своим ночные смыслы природы поэзии; форма образов (сумма слов о природе) соответствует идейному содержанию; ночной смысл, данный в образах, заживает согласно идее.

Параллели двух смыслов гласят, что они суть единство, в искомом, не данном нам смысле.

* Из статьи Брюсова о Блоке в «Русской литературе XX века » под редакцией проф. С.А. Венгерова

New posts: