магазин больших размеров продажа одежды по всей России

Содержание пчел в передвижном кассетном павильоне

Оговорюсь сразу, что не буду повторять всем известных истин и переносить их из других книг в свою брошюру. Изложу только те особенности, которые относятся к содержанию пчёл в павильоне, и именно по моей технологии.

В основном содержание пчёл в любом павильоне сводится к выполнению всех известных приемов при работе с пчёлами, в зависимости от системы ульев, местных условий и пристрастий пчеловода. Поэтому технология содержания пчел в павильоне может быть самой разнообразной. Я же познакомлю читателя лишь с одной из них, которой пользуюсь сам. Полагаю, что лучше всего рассмотреть тот годовой цикл, который я выполняю в своём павильоне. Начнем с весны.

Зимуют пчёлы в моём павильоне в двух нижних кассетах, независимо от силы семьи. В начале марта я расчищаю снег вокруг павильона. Когда температура воздуха поднимается выше -5°С, открываю дверь и проверяю состояние пчелосемей – живы ли. Очень простой приём: если, просунув руку под утеплительную подушку, почувствую тепло, значит, семья жива, если нет тепла — нет семьи. Вторая операция в тот же день — чистка доньев в гнёздах. Для этого открываю клапан дна, вынимаю картон и стряхиваю подмор в приготовленную тару. Картон возвращаю на место. Дно почищено. Ещё проверяю наличие корма в гнёздах, для чего приподнимаю холстик и визуально определяю, есть ли корм. При подозрении, что корма нет или его очень мало, разогреваю полномёдные рамки (их всегда имею в запасе) и кладу их плашмя на рамки под холстик. После этого жду очистительного облёта.

Когда в тени воздух прогреется до +2°…+З°С, а на солнце столбик термометра поднимется до отметки +20°…+25°С и ветра нет, а пчёлами занята только южная сторона павильона, вставляю в донья сетчатые подрамники, клапаны доньев оставляю открытыми, включаю масляный электрорадиатор (можно другой нагревательный прибор) и поднимаю температуру в павильоне до +20°…+25°, а иногда и выше.

При достижении означенной температуры, как правило, пчелы выходят на облёт. Облёт обычно дружный и энергичный. Наблюдаю за облётом и, что необходимо, записываю. После облёта обогреватель не выключаю. На следующий день, если погода позволяет, некоторые семьи снова облётываются. Если на крайних рамках в гнёздах мёд есть, то рамки из-под холстиков убираю (те, которые подкладывал). За сутки ульи, а вместе с ними и мёд, прогреваются, и пчёлы смогут воспользоваться кормом на любой рамке. Холстики из редкой мешковины меняю на клеёнчатые положки, в которых прорезаны клапаны для прохода пчёл в кормушки. Ставлю верхние трёхсекционные кормушки (поилки) и в каждую секцию наливаю воду простую, подслащенную и подсоленную. Если необходимо, в одну из секций наливаю сироп (при отсутствии корма), либо белковый корм, пергу (пергово-маломёдный сот, пропущенный через мясорубку). Обычно в марте (в первую неделю после облёта) средняя семья в сутки забирает 200-250 мл воды. Через неделю воды расходуется меньше. После облёта сетчатые подрамники убираю, а клапаны доньев закрываю. Несмотря на то что в павильоне высокая температура и солнечные лучи попадают в летки, в нелётную погоду пчёлы из ульев не вылетают. Этому препятствует холодный порог, создаваемый за счёт открытого наружного летка и наличия нижней кассеты с высоким подрамочным пространством. При необходимости пополняю кормовые запасы путём постановки медовых рамок в гнездо. При потеплении, когда начинается лёт пчёл в поле, кормушки (поилки) снимаю. В таких условиях семьи развиваются значительно быстрее, чем обычно. И на иве могут продуктивно работать.

Примерно в середине апреля, в зависимости от погоды, предварительно отключив на ночь обогрев и дав пчёлам собраться в клуб, нижние кассеты без пчёл убираю, чищу донья, снова ставлю сетчатые подрамники, а вторые (верхние) кассеты с пчёлами ставлю вместо первых на донья. Если семьи из зимовки вышли в двух кассетах, оставляю их так для дальнейшего развития. Если надо, семьи пересаживаю в чистые кассеты (весенняя ревизия). Картон на дне заменяю на металлические поддоны, которые периодически чищу в течение всего сезона. Больше семьи не беспокою до середины мая, кроме периодических беглых осмотров. Слежу за заполнением пчёлами улочек. Если надо, расширяю гнездо постановкой очередной кассеты сверху. Температуру в павильоне поддерживаю в пределах +20″…+250С до установления устойчивой теплой погоды, после чего обогреватель отключаю. Если в природе взятка нет, то даю побудительную подкормку из сахарного сиропа (1:1) с препаратом КАС-81. Этот прием способствует наращиванию силы пчелосемей к главному медосбору и угнетает клеща варрора. Чаще всего к середине мая, а иногда и раньше, семьи имеют по 8-10 рамок расплода и пчёл. Пе­рехода семей в роевое состояние не боюсь. Если таких окажется одна-две семьи, то это мне только на руку: в нужный момент будут роевые маточники. Кроме того, это значит, что настал момент выполнить основной технологический приём павильонного пчеловодства по наращиванию силы семей.

clip_image002

В 1984 году В. И. Лебедев предложил способ двухстадийной обработки пчёл против варроатоза. Я этот способ, несколько изменив, сделал основным технологическим приёмом для наращивания силы семей и противоварроатозной обработки пчёл. Он состоит в следующем.

При наличии в семье не менее 8 рамок расплода делю семью на две части – расплодную и безрасплодную. Делаю это так. Приготавливаю вторую кассету, укомплектовав её соторамками, пригодными для расплода, светлыми. Стараюсь, чтобы какая-то часть из них была маломёдными. Отыскиваю в семье матку и с рамкой и пчёлами переношу её в переносной ящик. После этого все рамки с расплодом (закрытым и открытым) из гнезда семьи переношу в приготовленную кассету (размещая их в том порядке, в каком они были в прежней кассете); а вместо них из этой кассеты переставляю в гнездо ранее приготовленные рамки.

Когда в гнезде не останется ни одной рамки с расплодом, перераспределяю между двумя кассетами корм, если надо, то дополняю из запаса. После этого в безрасплодную часть возвращаю матку, стряхнув её вместе с пчёлами. Кладу на безрасплодную кассету разделительную решётку, а сверху ставлю расплодную кассету и так оставляю на одни сутки.

clip_image004

Если матку отыскать не удаётся, а это бывает нередко, то поступаю так. Прежде чем перенести расплодную рамку в новую кассету, всех пчёл с неё стряхиваю (а вместе с ними и матку, если она там оказалась) в гнездо. Так поступаю со всеми рамками, и тогда матка остаётся в безрасплодной части, что и необходимо. Через сутки, когда пчёлы перераспределятся между верхней и нижней кассетами, поступаю следующим образом. Если необходимо увеличить количество семей и есть свободный ульевый отсек, то верхнюю кассету (расплодную) переставляю на дно этого отсека. Если размножать семьи не надо, то запасное дно отсека разделенной семьи ставлю на место четвёртой снизу кассеты и на него переношу расплодную кассету. В расплодную часть даю зрелый маточник, если он есть, а если его нет, то пчёлы заложат свищевые маточники и выведут свищевую матку, которая не хуже искусственно выведенной. Рамку с маточником беру у семьи, перешедшей в роевое состояние.

После перестановки верхней кассеты в новый отсек или вверх своего обе части семьи (расплодную и безрасплодную) обрабатываю против варроатоза одним из известных способов, кроме теплового, который задерживает развитие семьи на целый месяц. Таким образом, в безрасплодной части весь клещ попадает под обработку, а в расплодной только тот, который находится не в расплоде*. Воспользовавшись советом А. Хабачева в его брошюре «Об ульях и принадлежностях пчеловода» (1913 г.), расплодную часть семьи держу одни сутки (а если надо, и больше) при закрытом летке и открытом заднем клапане в дне (для вентиляции). За это время пчёлы закладывают свищевые маточники и после открытия летка практически не слетают в старое гнездо. С этой же целью под прилётную доску расплодной части навешиваю съёмный горизонтальный разделитель.

Через сутки после противоварроатозной обработки на безрасплодную часть ставлю вторую кассету с рамками пополам со светлой сушью и вощиной. Дальше идет обычный уход за пчёлами в обеих частях семьи, точнее, теперь уже за двумя семьями. Если в природе нет взятка, то обеим семьям даю побудительную подкормку ежедневно по 200-250 мл сахарного сиропа (1:1) с препаратом КАС-81. Препарат стимулирует развитие семей и угнетает развитие клеща. Если необходимо пополнить кормовые запасы, а медовых рамок в резерве нет, то дозу подкормки увеличиваю.

Осваивая эту технологию, безрасплодную часть я оставлял в одной кассете, а дальше поступал, как уже описано. Я полагал, что в гнезде расплода нет и десяти рамок вполне достаточно для интенсивного развития семьи. Это оказалось не так. Матка развивает максимальную яйцекладку, свободных пчёл много, расплода мало, но пчёлы чувствуют в перспективе ограниченность гнезда и с первых дней закладывают роевые маточники. К началу выхода первого расплода готова к выходу молодая матка и некоторые семьи начинают роиться. Так, у меня в 1986 году две семьи разроились, поскольку я полагал, что роев не будет, и за ними не следил. С тех пор безрасплодную часть сразу оставляю в двух кассетах, и роев больше не было.

clip_image006

Через 21 день после деления семей, когда весь расплод в расплодной части выйдет, её снова (вторично) обрабатываю против клеща**. Теперь и в этой части (семье) весь клещ попадёт под обработку. После этого в осенней противоварроатозной обработке нет надобности, клеща практически не бывает или бывает очень мало. До начала взятка обе части (семьи) развиваются отдельно. Уход обычный. При расширении гнёзд безрасплодной части, перед постановкой третьей кассеты, на вторые кладу разделительную решётку для того, чтобы матка не могла перейти в верхние кассеты и начать там яйцекладку, что впоследствии затрудняет отбор мёда. В расплодной части, если предполагается объединение семей, решётку кладу перед постановкой второй кассеты. Таких гнёзд вполне хватает для развития обеих семей до объединения. Если расплодная часть будет самостоятельной семьёй, то ей тоже разделительную решётку кладу на вторую кассету.

Перед главным взятком или в самом его начале, если расплодная часть находилась на месте пятой кассеты, обе семьи объединяю и создаю медовик. За сутки до объединения на поддон каждой объединяемой семьи кладу по половине луковицы (разрезанной). Семьи приобретают общий запах. Через сутки у нижней семьи убираю разделительную решётку и на вторую (верхнюю) кассету переставляю кассеты верхней семьи с разделительной решёткой, как она была, а третью кассету, если она была, ставлю на самый верх, заведомо зная, что матки в ней нет. Матку не отыскиваю. Пчёлы сами выберут лучшую.

clip_image008

Через сутки-двое, когда семьи объединятся, с третьей (верхней) кассеты дымом сгоняю матку (если она оказалась вверху) во вторую (нижнюю) и на неё кладу разделительную решётку. У объединённой семьи снова гнездо занимает две нижние

кассеты. Потери матки при объединении семей не боюсь. В этом случае к концу главного медосбора пчёлы выведут свищевую матку и к моменту наращивания силы семьи в зиму молодая матка начнёт интенсивную яйцекладку.

Если выезжаю на кочёвку, а я это по разным причинам делаю не каждый год, то объединение семей провожу на месте кочёвки. Стараюсь выехать за 2-3 дня до начала главного взятка.

Приём деления семьи на расплодную и безрасплодную части считаю основным в наращивании силы семей, противоварроатозной обработке, противороевых мероприятиях и ежегодной замене маток.

Объединённая семья к началу главного взятка бывает силой в 6-8 кг и более.

Если применить дополнительный приём, рекомендуемый В. М. Тетюшевым, – подставлять будущему медовику через каждые 10 дней от вспомогательной семьи по две рамки расплода, то это добавит ещё до четырёх килограммов пчёл, и общий вес медовика составит 10-12 кг. Это оптимальный верхний предел массы пчелосемьи. Такая семья в любых условиях, при любой погоде соберёт мёд, если её обеспечить в достаточном количестве сушью, и даст 50-100 кг товарного мёда. Разумеется, при условии, что очистительный облет произошёл в середине марта*. Наращивать силу пчелосемей до 17 и более кг, как это делают некоторые пчеловоды, я никогда не пытался. Практика показала, что при силе пчелосемьи сверх оптимального предела (10-12 кг) количество собранного меда на единицу массы семьи больше не увеличивается, а, наоборот, снижается.

Правда, мой первый учитель по пчеловодству жаловался, что у него три сильные семьи в двадцатичетырёхрамочных лежаках, имевших по два таких корпуса, полностью занятых пчёлами (если этому верить, то это 12 кг пчёл), собрали мёда меньше, чем средние семьи. Причина одна – недостаточно сотов. Но он с этим не согласен.

Если расплодная часть была оставлена для размножения семей, то она во время главного взятка работает самостоятельно, являясь новой семьёй, и обычно обеспечивает себя кормом в зиму, а нередко и дает товарный мед. В этом случае безрасплодная часть без усиления при благоприятных условиях у меня давала до фляги товарного меда, обеспечив себя в зиму кормом полностью.

Подготовка к кочёвке слагается из следующих действий: замены положков кочевыми сетками; открытия клапанов доньев и замены их вкладышами, препятствующими выдвижению в сторону прохода сетчатых подрамников; установки вертикального крепления, а также стойки горизонтального крепления и затяжки их болтами. После окончания лёта пчёл летковые щели в стенах павильона закрываю задвижками полностью и закрепляю так, чтобы во время движения (переезда) они не могли открываться**. Павильон готов к переезду. На всю эту работу затрачиваю не больше часа. Работу произвожу без лицевой сетки и в любую погоду. Вентиляции через клапаны доньев и кочевые сетки вполне достаточно как днём, даже в жаркую погоду, так и ночью, для того чтобы пчёлы не запарились. Запаривания у меня не было, хотя я совершал переезд более чем на 150 км днём в жаркую погоду. При необходимости открываю один или два люка в крыше.

Полномёдные рамки в гнезда перед поездкой отбираю, как это обычно рекомендуется. Облегченная рамка 435×230 мм, даже полномёдная, выдерживает переезд, обрывов не было.

По прибытии к медоносам, на место кочёвки, павильон устанавливаю на заранее подготовленную горизонтальную площадку, даю пчёлам успокоиться около часа, открываю летковые щели и ложусь отдыхать после дороги. После отдыха, в тот же или на следующий день, убираю крепление кассет, вместо кочевых сеток кладу клеенчатые положки. К этому времени на новом месте пчёлы облетятся и полностью включатся в полевую работу по сбору нектара и пыльцы.

Через сутки объединяю верхние семьи с нижними, как описано выше. Уход за пчёлами во время главного взятка – обычный для многокорпусных ульев. Однако я кассет в разрез не ставлю, как это рекомендует пчеловодная литература, и местами их не меняю (в том числе и при наращивании силы семей), а расширяю гнездо путём постановки очередных кассет сверху. С кассетами все рекомендуемые манипуляции для многокорпусных ульев производить не представляет никакого труда, но я заметил, что это не даёт никакого эффекта. Очередную кассету ставлю, если в предыдущей появился напрыск, хотя бы в одной рамке, с ладонь величиной.

Расширять гнёзда не боюсь, это делается в самое тёплое время лета, и расплод не застынет, если даже ночь выпадет холодной, зато духоты в гнёздах не будет. Помня, что во время бурного взятка, а в наших условиях он именно таким и бывает, запас суши должен быть в 5-6 раз больше, чем будет зрелого мёда, стараюсь в таком количестве ею обеспечить пчёл. Уже в первой половине главного взятка у меня, независимо от силы семьи, стоит по шесть кассет. Считаю это основным приёмом во время главного медосбора, обеспечивающим увеличение выхода товарного мёда.

Приходилось слышать, как некоторые пчеловоды восторгались: «Вот у меня семьи в лежаках, весь улей и магазин залили мёдом и полностью запечатали!» Этим надо не восторгаться, а огорчаться, что пчёлы не собрали и половины того мёда, который могли дать. В связи с этим мне вспоминается случай, когда Гесс Холл посетил в быв-шем Свердловске завод «Уралмаш». После посещения первый секретарь обкома КПСС спросил его: «Ну и какие ваши впечатления?» На это последовал ответ: «Потрясающе! У вас работа такая же, как у нас перекур!» Так и пчёлы, при недостатке сотов и в тесном гнезде, в ожидании освобождения ячеек из-под нектара, «перекуривают», то бишь бездельничают. Пусть лучше будет лишний корпус, чем не хватит одной рамки – «золотое правило» пчеловода.

Здесь мне хочется ещё раз возвратиться к упоминавшимся сильным семьям в лежаках. В то лето была дождливая и холодная погода, поэтому тот мизер (в расчёте на огромную семью) нектара, который пчёлам в погожие дни и даже часы удавалось разместить в скудных запасах сотов, в непогоду они успевали съесть, или, как выразился их владелец, «сжирали, ничего не принося взамен».

Приведу свидетельство эффективности работы пчёл в павильоне при изобилии сотов в гнёздах. Как-то я серьёзно заболел и пчёл к зиме подготовить не смог. В результате из зимовки вышла всего одна семья на пяти рамках (1 кг). Второго июня я купил два четырёхрамочных пакета. Один из пакетов усилил двумя рамками расплода от своей семьи, а второй оставил таким, как был. У знакомого пчеловода пасека отстояла от моей на 400-500 метров, и наши пчёлы работали на одном кормовом поле. К этому времени у него пчёлы в лежаках занимали по 12-14 рамок, а у меня значительно меньше. К концу медосбора на каждой моей семье стояло по шесть кассет (60 рамок 435×230 на каждую семью, а у него по 16 рамок 435×300). Медосбор оказался таким: своя семья дала 75 кг, усиленный пакет 50 кг и второй пакет 25 кг, или в среднем по 50 кг товарного мёда на каждую семью. Кроме того, семьи полностью обеспечили себя кормом в зиму*. В тот год, после серьёзной операции зимой, я не кочевал.

У названного пчеловода 10 пчелосемей дали всего 100 кг товарного мёда, или по 10 кг на семью. Я поинтересовался, по сколько рамок во время главного медосбора стояло в лежаках. Пчеловод ответил, что всего по 16. Я спросил, а где же были остальные. В ответ последовало: в кладовке… Вот и весь секрет.

В местностях с бурным главным взятком, когда пчёлы в течение дня приносят по 4-6 и более килограммов нектара, шести кассет недостаточно.

Из этого положения я выхожу так. Через неделю после начала главного взятка, когда в третьей кассете мёд уже зрелый и запечатан, я его отбираю и храню как кормовой для пчёл в зиму. В начале главного взятка мёд бывает высокого качества, без пади. Вместо отобранных медовых рамок кассету заряжаю сушью с вощиной пополам и возвращаю в свою ячейку. Через пять-шесть дней поступаю так же с четвёртой кассетой, а если необходимо, то с пятой и шестой. При длительном главном взятке операцию можно повторить, и окажется, что кассет имеется неограниченное количество, несмотря на то что их всего шесть.

О вентиляции. В жаркую погоду и при значительном поступлении нектара в ульевые отсеки открываю все шесть летковых щелей каждого отсека на всю ширину, а также клапаны доньев. Так оставляю на всю ночь для выпаривания влаги. Если необходимо, то открываю люки в крыше и дверь. В результате температура в павильоне выше наружной не бывает, а часто на 1-2°С ниже. Такой вентиляции вполне достаточно. При необходимости, особенно в регионах с жарким климатом, можно обеспечить принудительную вентиляцию.

Отбор мёда. Оговорюсь сразу что мёд я отбираю один раз в сезон, после главного медосбора. Чем дольше мед находится в ульях, тем выше его качество. Мёд отбираю кассетами, в рамках которых не бывает ни расплода, ни перги. Сначала из верхней кассеты дымарем сгоняю как можно больше пчёл в нижнюю. Затем снимаю верхнюю кассету, переношу ее к открытой двери, ставлю на запасное дно и поочерёдно вынимаю рамки из кассет, стряхиваю пчёл или сметаю их гусиным крылышком. Пчёлы с незнакомого места сразу же улетают к себе в гнездо через летковые щели, меня и окружающих не беспокоят. Эту работу почти всегда выполняю без лицевой сетки. Откачиваю мёд не сразу после отбора, а через какое-то время, когда нет других дел. Для этого кассеты с медовыми рамками размещаю на полках в высушенной бане. Затапливаю баню с утра (без воды в котле и других ёмкостях) и до вечера поддерживаю в ней температуру +32°… +35°С. За это время мёд прогревается и хорошо откачивается из сотов.

После окончания лёта пчёл, если погода хорошая, в переносном ящике по несколько рамок переношу в помещение, где находится медогонка и стол для распечатывания сотов. Откачиваю мёд только ночью или в плохую погоду, когда нет лёта пчёл. При этом пчелиного воровства не бывает, как не бывает его и при отборе мёда. Медогонка в павильоне во время кочёвки находится для подстраховки – на случай, если не хватит соторамок, то можно будет часть меда из них откачать и вернуть пчёлам.

На обсушку рамки пчёлам не ставлю. Такие рамки на следующий год при расширении гнезд пчёлы охотно осваивают, если за сутки перед постановкой в гнёзда они были опрыснуты тёплой водой.

Если нахожусь на кочёвке, то перед обратным переездом отбираю из медовых кассет только полномёдные рамки, а в гнездах все остается как есть. Подготовка к обратному переезду проводится так же, как перед .кочёвкой. После возвращения на стационар, до середины августа, медовых кассет не снимаю, оставляю незрелый мёд для доработки и стимуляции наращивания силы семей в зиму. Если на кочёвку не выезжал, то до середины августа никаких кассет не снимаю, за исключением совершенно пустых.

При отборе мёда оставляю каждой семье по две нижних кассеты. Из верхних кассет переношу в нижние все рамки с расплодом, размещая их в прежнем порядке. А из нижних в верхние – по 1-2 рамки с пергой для ранневесеннего выкорма расплода. После этого верхнюю кассету дополняю до комплекта полномёдными, хорошо заполненными (не менее 2,5-3,0 кг) рамками. Это и есть сборка гнёзд в зиму. Остальное формируют пчёлы, благо, они это умеют делать намного лучше, чем я. Осенью никаких сборок гнёзд не произвожу.

Последние годы в семьях средней силы в верхней кассете оставляю по семь-восемь полномёдных рамок, вставив между стенками кассет и рамками диафрагмы, а в нижней – все десять маломёдных и с расплодом. Это не только обеспечивает пчелосемьи зимним кормом, но и дает необходимый объем гнезда для вывода в зиму молодых пчел.

Сильные семьи зимуют в кассетах, по 10 рамок в каждой. После такой переформировки гнёзд провожу подкормку сахарным сиропом (1:1) с препаратом КАС-81. Подкормку заканчиваю не позднее 1 сентября, скармливая каждой семье по 4-5 кг сахара на случай, если в гнёздах окажется падевый мёд, она же и лечебная подкормка.

Все семьи, независимо от их силы, идут в зиму в двух кассетах. На весну оставляю на каждую семью по две полномёдные рамки и по 2-3 маломёдные, а также необсушенные при откачке меда, для весеннего пополнения кормовых запасов при расширении гнёзд – до одного килограмма на улочку.

В запасных кассетах, вверху отсеков, в течение всего года хранятся запасные соты, которые, аккумулируя тепло, способствуют смягчению суточных перепадов температуры в павильоне. Особенно это важно во время главного взятка, когда гнёзда очень объёмные (чтобы не застудить расплод), и зимой. Когда выйдет весь расплод, если надо, то произвожу противоварроатозную термообработку по методу, предложенному в 1987 году П. Я. Хмарой и его соавторами (см. главу «Борьба с варроатозом»).

Во второй половине октября или начале ноября, когда установится устойчивая холодная погода, окончательно готовлю семьи к зимовке (обеспечиваю необходимую вентиляцию). Для этого:

а) заменяю прополисованные клеёнчатые положки на редкую мешковину, на которую кладу вдоль рамок два бруска сечением 15×15 мм и длиной в 2/3 длины рамки, на них – утеплительную ватную подушку так, чтобы она плотно прилегала к двум стенкам ульевого отсека и несколько свисала в проход между отсеками, а у стенки со стороны вытяжной трубы (шахты) был зазор, в который вошла бы ладонь ребром, куда и выходят водяные пары;

б) навешиваю на обе кассеты со стороны прохода общую утеплительную дверку;

в) удаляю сетчатые подрамники и металлические поддоны, вместо последних кладу картон из упаковочных ящиков – для сбора мусора и подмора в течение зимы;

г) на вытяжную трубу на крыше ставлю короб и заполняю его утеплительным материалом. С трубы снимаю сетку, препятствующую летом проникновению пчел в павильон, и прикрываю весь короб железным или шиферным листом (от дождя и снега) с зазором между ним и коробом в 8-10 см. Короб заполняю утеплительным материалом (торф, опилки и др.);

д) летки открываю на ширину стандартного заградителя от мышей, которым и закрываю летковые щели;

е) к боковым стенам павильона снаружи приставляю щиты, прикрывающие нижние летки от ветра и снега.

Никаких крыш на ульях в зиму не имею, достаточно утеплительных подушек. Закрываю входную дверь павильона на замок и так оставляю пчёл до марта. Зимой к пчёлам не хожу. В течение зимы температуру и влажность воздуха в павильоне не измеряю. В этом нет необходимости. Микроклимат в павильоне, особенно влажность воздуха, на пчёл никакого воздействия не оказывает, потому что летки ульевых отсеков сообщаются с наружным атмосферным воздухом и этим обеспечивается необходимый микроклимат в гнёздах. При этих условиях пчёлы всегда зимуют нормально.

Некоторые пчеловоды-павильонщики на зиму наружные летки закрывают, а запасные внутри павильона открывают. Я с этим решительно не могу согласиться. Поступая так, придётся принимать меры для поддержания определённого микроклимата внутри павильона в течение всей зимы, а это не так просто сделать. К тому же невольно будешь систематически беспокоить пчёл. И ещё одно соображение. Известно, что пчёлы формируют гнездо и клуб относительно летка. Когда закрывается леток, относительно которого пчёлы выполнили все работы, а открывается леток с противоположной стороны, то пчёлам надо либо переформировать гнездо и клуб, чего во второй половине осени они сделать не могут, либо в течение всей зимы испытывать, мягко говоря, неудобства. Последним обстоятельством пчёлы и вынуждены «довольствоваться». А это, разумеется, для семьи бесследно не проходит.

Во время проведения эксперимента в развитии пчелосемьи по методу дупла, сверху вниз (см. главу «Улей-дупло?!»), я решил проверить выводы известного в прошлом русского пчеловода Ф. А. Соколова о температуре и вентиляции своего улья, а заодно и в салоне павильона в течение зимы. В зиму 2000/2001 гг., использовав дистанционный термометр, разместил один датчик в проходе павильона на уровне второй кассеты снизу для семей, развивающихся снизу вверх. Снятие показаний термометра внутри павильона производилось практически ежедневно. Вне павильона, кроме того, измерялась наружная температура. Зимние замеры показали, что разность наружной и внутренней температур существует, но её интервал не 6-8 часов, как я считал, а значительно больше и занимает от одних до нескольких суток. Внутренняя температура в павильоне практически никогда не уравнивалась с наружной, оставаясь постоянно выше последней. Это прослеживается на графике температур за февраль 2001 года, один из самых холодных месяцев этой зимы (см. график). На всех графиках пунктирные линии означают, что в эти дни показания температуры не снимались.

Наружная температура в феврале опускалась до -27°С, а внутренняя не понижалась более чем до -15°С. Такая тенденция прослеживается и во все остальные месяцы зимы, с октября по март включительно.

После четырёхдневного потепления в ту зиму самым холодным днём было 29 декабря 2000 г.: -28°С, а внутри павильона – лишь -15°С. И это притом, что в павильоне зимовало всего три пчелосемьи. Нетрудно предположить, что если бы павильон был заселен полностью, то внутренняя температура в нём была бы ещё выше.

Отсюда следует, что в павильоне пчёлы зимуют в более тёплой воздушной среде, чем снаружи.

И как следствие – плавный переход температур в ходе зимовки, от более высокой к более низкой и наоборот, благотворно влияет на результаты зимовки и состояние пчелосемей при выходе их из зимовки.

Выходит, что содержание пчёл зимой в павильоне, и особенно в кассетном, значительно выгоднее и целесообразней, чем содержание их на воле, под снегом и даже в зимовнике.

Читатель помнит, что в самом начале я обещал излагать фактический материал без объяснений и обоснований. По поводу зимней вентиляции допущу исключение. Правда, это будут, скорее всего, не объяснения и обоснования, а моя точка зрения.

Уже второе столетие между пчеловодами, учёными и практиками идёт, на мой взгляд, беспредметный спор о том, как организовать зимнюю вентиляцию гнёзд – через верх или через низ. Думаю, обе стороны правы. Дело в том, что приверженцы вентиляции по принципу дупла, через низ (ссылаясь на законы физики), упускают из виду одну «незначительную» деталь. А именно: что зимний клуб пчёл – это не фильтр, который пропускает через себя весь холодный воздух, поступающий снизу через леток. Зимний клуб принимает в себя свежего воздуха (кислорода) ровно столько, сколько ему необходимо для жизнедеятельности его пчёл. Следует отметить, что зимой пчёлы в клубе довольствуются минимумом кислорода, а значит, и воздуха будут принимать незначительное количество. Углекислого газа с влагой клуб выделяет только излишки. Известно, что зимой пчёлы способны нормально существовать при повышенных дозах углекислого газа. Значит, и выделять тепла клуб будет минимальное количество. Весь этот минимум отходов через кору клуба излучается в обтекающий его воздух. А дальше вступают в силу те же законы физики, на которые так любят ссылаться сторонники вентиляции по методу дупла. Правда, у их оппонентов те же законы физики работают по-другому. Складывается впечатление, что физические законы «что дышло – куда повернул, туда и вышло». Но это не так. Если вокруг клуба (а не через клуб) поток воздуха будет направлен вверх, то и отходы будут уходить через верх, унося минимальное количество тепла, излучаемого клубом. Если же такого потока не будет, то углекислый газ и влажный воздух будут опускаться вниз, продолжая охлаждаться, подхватываться потоком воздуха из нижнего летка и уноситься из улья. Вот и всё.

Заявлять же, как это делают некоторые, что вентиляция через верх – это «безумие», нет никаких оснований. Пчеловодная практика показала, что при организации оптимальной вентиляции, как через верх, так и через низ, пчёлы зимуют одинаково хорошо и подмора имеют мало при сухих гнёздах. У меня при верхней вентиляции подмора бывало от 1/4 до одного стакана, а гнезда сухие. Вот почему я стою на том, что «безумству храбрых поём мы песню!». У кого какая вентиляция даёт хорошие результаты, ту и надо применять. Утверждать, что вентиляция должна быть организована только по методу дупла, неправильно. Мы никогда не сможем (по крайней мере, это очень трудно) создать улей, равноценный дуплу, хотя к этому и надо стремиться.

Что же касается дупла, то пчёлы начинают строить гнездо с его верха (постепенно опускаясь вниз), а внизу остается огромное пространство со стенками из живого дерева и обеспечивает действие законов физики, так милых сердцу сторонников вентиляции по методу дупла. В этих условиях влажному воздуху вверх уходить некуда, там сплошной потолок, да ещё тщательно прополисованный, и потока воздуха вверх нет. Поэтому влажный воздух, всё более насыщаясь влагой и углекислым газом, постепенно охлаждаясь, под своей тяжестью опускается вниз. Вот здесь начинается самое интересное в рассуждениях приверженцев вентиляции по методу дупла. Оказывается, у них одни и те же физические законы действуют по-разному. У одних они выталкивают опустившийся воздух через леток, а у других они выделяют его через сосуды живых стенок дупла. Как видим, у «единомышленников» единого мнения нет. Это и не удивительно. Не знаю, как другие, а я в пчеловодной литературе не встречал экспериментальных данных по вентиляции дупла зимой. Вот почему и нет единого мнения. Тут, как говорят, кто что придумает. Безусловно, во всех случаях действуют физические законы, которые пчёлы за миллионы лет научились использовать, не в пример пчеловодам, достаточно хорошо и нестандартно. Всё зависит от конкретных условий.

Преимущества вентиляции по методу дупла не в том, что меньше теряется тепла, а в том, что кормовой мёд всю зиму находится в жидком состоянии и пчёлы им питаются, а это самый доброкачественный их корм.

Дело в том, что из пчелиного гнезда зимой тепла удалено не может быть ни больше ни меньше, чем его излучает клуб при любой вентиляции – через низ или через верх. Излученное клубом тепло его не обогревает, а обязательно будет всё рассеяно (удалено из гнезда) через любой, даже самый малый леток, где бы он ни находился – внизу или вверху, а при его отсутствии – через щели в улье и его стенки

Известно, что чем холоднее окружающий воздух, тем клуб меньше излучает тепла за счёт уменьшения площади своей поверхности вследствие его уплотнения (сжатия) и тем самым регулирует температуру внутри себя.

Отсюда ясно, что не в количестве потерь тепла дело, а совсем в другом. Здесь главное не в идеальном жилище (дупле) для пчел, а в идеальной приспособляемости пчелосемей к условиям жилища (улья, дупла). Что же касается потери тепла, то вентиляция как через верх, так и через низ имеет равное право на существование. Если любая математическая задача имеет несколько решений, то почему пчеловодная должна иметь только одно?

В кассетном павильоне, кроме изложенной технологии содержания пчёл, с успехом может быть использована любая другая, которая по душе конкретному пчеловоду. Изложенная мною технология пчеловождения не может быть универсальной и пригодной для всех регионов. Она подходит к условиям пермской области и сходным с ними. В каждом регионе, в зависимости от местных условий и климата (свои сроки весеннего очистительного облета, сроки цветения медоносов и др.) технология должна быть своя.

Автор не в состоянии дать рекомендации по технологии в любом регионе. Здесь, как говорится, у пчеловода должна быть своя голова для того, чтобы использовать павильон самым эффективным образом.

Подводя итог рассуждениям о зимней вентиляции, следует сказать, что спор между сторонниками разных способов её организации сам по себе исчезнет, если учесть, что пчелиный клуб способен поддерживать определённый уровень температуры в ограниченном открытом объёме. А то, что это так, подтверждают факты из жизни пчёл. Нередки случаи, когда рой прививается к чему-либо на открытом воздухе, образует гнездо лишь из одних сот и семья успешно развивается.

Мне известен случай, когда в Алтайском крае рой привился с нижней стороны пола круглый год неотапливаемого дома, и семья успешно существовала несколько лет подряд при том, что температура там зимой опускается до -40ºС и ниже. Это продолжалось до тех пор, пока человек не отобрал у семьи значительную часть корма, и тогда она погибла от бескормицы.

Читатель вправе заявить: с павильоном всё ясно, а как же с мёдом, сколько его даёт павильон? Количество собранного мёда зависит от многого: силы семей, медосборных условий, когда, сколько раз и к каким медоносам подвозили пчёл и т. д. Но самое главное – это талант пчеловода, умеющего нарастить необходимой силы семьи и эффективно использовать все факторы, влияющие на медосбор. У меня, например, в пасечных журналах учёта работы пчёл значится: в 1985 году от безрасплодной части после деления средней семьи отобрано 55 кг товарного мёда, в 1989 году от средней семьи – 54 кг, в 1992 году, плохом по медосборным условиям, на кочёвке от сильной семьи, отпустившей 2 августа рой (4,6 кг), отобрано70 кг товарного мёда, а в 1993 году, исключительно плохом по медосборным условиям, от той же семьи на кочёвке (два переезда) я откачал 40 кг товарного мёда. Приведённые данные говорят о том, что даже средние семьи могут давать до 50-70 кг товарного мёда. Если нарастить все семьи до силы 10-12 кг, то вполне можно от них при любых медосборных условиях при кочёвке получать по 70-100 и более килограммов товарного мёда. При хорошем умении пчеловода от 10 семей, содержащихся в павильоне, за сезон можно иметь 700-1000 кг мёда, правда, не тонну от трёх семей, как обещают некоторые.

Сказанное нельзя понимать так, что изготовил павильон, поместил в него пчёл, подставил под летки фляги – и мёд сам в них потечёт, а в конце сезона фляги будут полными. Уверяю, что мёд сам не потечёт. Для этого, кроме проявления пчеловодом умения и смекалки, необходимо ещё и потрудиться. Павильон сам по себе не освобождает пчеловода от труда, он избавляет его только от излишнего, ненужного, или, как я люблю говорить, дурного труда. А вообще, без труда не вынешь и рыбку из пруда. Не зря же народная мудрость гласит: «Когда потопаешь, тогда и полопаешь».


* В последнее время я от этого отказался и поступаю так, как описано в главе «Борьба с варроатозом».

* * См. главу «Борьба с варроатозом»

* Самый ранний облёт у меня был 9 марта. Обычно облёт происходит в период с 15-го по 25 марта, а иногда и в апреле.

* Если летки зарешетить мелкой сеткой, как я это делал раньше, то при переезде, во время дождя их полностью забивает грязью и в вентиляции они не участвуют. Кроме того, очистить загрязнившиеся летки не так-то просто.

* В 1996 году, при наличии семи кассет, за 11 дней семья собрала 70 кг мёда.

С. Ф. Кривошей – Передвижной кассетный павильон для содержания пчел

New posts: