Июнь 2011

Митинг культурной интеллигенции Перми: «Мы не хотим, чтобы наши дети напоминали «Реальных пацанов»

30.06.2011

Плакаты участников.

В центре города собрались несогласные с новой культурной политикой «варягов» [фото]

Сегодня в 17.15 возле Театра-Театра на митинг собралась часть культурной интеллигенции Перми. Повод - недовольство новой культурной политикой в крае (читай, недовольство проектами директора Музея современного искусства Марата Гельмана, министра культуры Николая Новичкова и вице-премьера Бориса Мильграма). Не первый год возмущает немалую часть интеллигенции культурные нововведения. Цель митинга - защитить традиционную пермскую культуру и высказаться по поводу того, что нам навязывают то, что не нравится. У театра в итоге собралось человек 300.

Среди выступающих был, например, художник Равиль Исмагилов, который заметил, что пермская культура должна строиться местными художниками.

Среди прочих был и такой плакат.

Среди прочих был и такой плакат.
Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ

Поэту Игорю Тюленеву не понравился внешний вид нашего министра культуры Николая Новичкова (он известен тем, что больше любит носить футболки, чем рубашки и пиджаки. - Ред.):

- Министр похож то ли на гопника, то ли на рэпера. Хоть бы пиджачок нормальный одел.

Сразу отметим, что самого министра на митинге мы не обнаружили. По крайней мере, он себя никак не проявил, хотя в своем блоге активно обещал придти и приглашал всех желающих.

Преподаватель института искусств и культуры Людмила Санникова посоветовала потратить деньги на что-нибудь более важное:

- Мы выступаем против антикультуры, против псевдокультуры… Пермь занимает одно из первых мест по детской преступности. Вот куда надо деньги тратить… Если со сцены идет мат, значит можно гадить и в центре города… Мы прикрываем мусор расписными заборами… Мы не хотим, чтобы наши дети напоминали «Реальных пацанов».

Какой митинг без политиков? Естественно, пришли и оппозиционные депутаты. 

Так, депутат Вадим Чебыкин сказал, что на митинг люди приходят, когда уже ситуация достигла критической точки:

- В здание позади меня («Театр-театр», - Ред.) 3 – 4 года назад начались экспериментальные постановки, и пермяки ушли из театра. На очереди театр оперы и балета.

Плакаты участников.

Плакаты участников.
Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ

Депутат Геннадий Кузьмицкий заметил:

- Ни по какой букве «П» Европа нас не узнает, она уже знает нас по балету.

Но самые яркие речи принадлежат депутатам Константину Окуневу и Владимиру Гребенюку.

Первый вообще все выступление цитировал послевоенного шефа ЦРУ Алена Даллеса. И все цитаты сводились к тому, что, чтобы завоевать государство, надо «дебилизировать» культуру этого государства, наслать туда художников, которые будут прививать совсем не шедевры, а люди стали бы этому верить. В конце выступления Окунев недвусмысленно намекнул, что тоже самое происходит и в Перми с культурой.

Некоторые требования касались повышения зарплаты.

Некоторые требования касались повышения зарплаты.
Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ

А Владимир Гребенюк признался, что не понимает примеры современного искусства:

- Я не понимаю, зачем нужны красные человечки, зачем нужен «Театр-театр». Не понимаю, когда куча досок у гостиницы «Урал» - и по ним водят экскурсию (он имел ввиду выставку «Мифы Урала». – Ред).

Кто-то подошел к мероприятию с юмором.

Кто-то подошел к мероприятию с юмором.
Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ

В самом конце отведенных на выступления полутора часов был быстро принят проект резолюции.

Смысл его в том, что творческая интеллигенция требует: изменения культурной политики, прекратить расходование средств на псевдокультуру, программу развития культуры, восстановить совет по культуре при губернаторе, повысить на 30% зарплаты работникам культуры, отставку Новичкова, Гельмана и Мильграма, и «чтобы пермская культура не чувствовала себя падчерицей у себя дома».

Резолюцию обещали довести до ума и отправить даже в Кремль.

После этого все мирно разошлись.

Митинг культурной интеллигенции Перми: «Мы не хотим, чтобы наши дети напоминали «Реальных пацанов» // KP.RU - Пермь

Медиа-инсталляция Саши Дементьевой в Венеции

28.06.2011

В этом году впервые в истории Венецианской Биеннале проходила “Арт-ночь”. На фото ниже: интерактивная инсталляция Александры Дементьевой "Поле контакта" в рамках сайлендовского проекта “We Are Here”. Зрители своим дыханием зажигают знак PLAY на лужайке Университета Ca Foscari, делая его посадочной площадкой для посланцев иных миров. Презентация состоялась 18 июня 2011 г.

Проект российского медиа-арта WE ARE HERE был представлен в исторических пространствах Университета Ca’ Foscari. Искусство призвано органично вписаться в жизнь университета ( видео у входа, витраж, лэнд-арт и аудиоинсталляция во дворе). C новейшим российским медиаискусством была познакомлена не только международная публика Венецианского Биеннале, но и новое поколение славистов, критиков и кураторов. Каталог проекта «We are here»

Клара Рокмор: «круглый стол» в Нью-Йорке

28.06.2011

18 марта 2011 в Нью-Йоркской Frants gallery состоялось празднование 100-летнего юбилея Клары Рокмор, всемирно известной исполнительницы и виртуоза терменвокса. Гости увидели документальную выставку фотографий Клары, фрагменты видеохроники. Состоялся "круглый стол" и дискуссия на тему: "Техника исполнения Клары Рокмор. Традиции, современность, перспективы". Мероприятие было организовано рабочей группой Лаборатории Сайленд. Видеозапись круглого стола предоставлена Анной ФРАНЦ. Перевод А.Багичева.

Примечания: модератора Лидию Кавину не видно - она из Оксфорда вела круглый стол по видео скайпу с огромной жк панели.

Слева направо: Сергей Тетерин, Стив Шерман, Володя Китляр, Альберт Глински, Дорит Крайслер, Оливия Маттис. За Оливией еще спрятался Роб Швиммер, с этого ракурса его не видно.

* См.также: ПОДБОРКА МАТЕРИАЛОВ О КЛАРЕ РОКМОР

Эх, жаль что я не в Москве

28.06.2011

В Москве впервые открылась выставка всемирно известного художника Джеймса Таррела, который для создания работ не пользуется ни красками, ни кистью. Таррел рисует солнечным светом, и благодаря его картинам можно почувствовать, что такое звездная энергия.

Один из самых известных светодизайнеров мира обходит свою экспозицию. Вот уже 40 лет он манипулирует светом как скульптор глиной. И строит инсталляции-мистерии, словно сотканные из бесконечного небесного пространства и холодного сияния.

Ирина Кулик:
Джеймс Таррелл: На самом деле для меня существует только внутренний свет

Одно из ключевых произведений, представленных в основном проекте нынешней Венецианской биеннале современного искусства – инсталляцию американского художника Джеймса Таррелла «Ганзфилд (Пуруша)» теперь можно увидеть в Москве. В Центре современной культуры «Гараж» открылась первая в России выставка Таррелла. Для новой экспозиции в «Гараже пришлось практически выстроить музей в музее. Однако Таррелл, чей главный и до сих пор незавершенный проект, над которым он работает почти четверть века, обладает поистине древнеегипетским размахом – художник приобрел и перестраивает в тотальное произведение искусства кратер потухшего вулкана в Аризоне – создает свои произведения из нематериальной субстанции, а именно света. Кратер вулкана должен в конце концов превратиться в нечто вроде колоссального театра света, где свет солнца, луны и звезд, а так же искусственное освещение будут разыгрывать завораживающее мистериальное действо. Джеймс Таррелл, изучавший в колледже психологию восприятия, а так же геологию, математику и астрономию, и бывший профессиональным пилотом – на лекции в Гараже он рассказывал, что одно время зарабатывал на жизнь реставрацией старинных самолетов, мыслит на грани науки и метафизики, о чем свидетельствует уже само название его венецианской инсталляции – «ганзфилд» это научный термин, обозначающий бесконечное поле зрения (вроде моря, переходящего в небо или полярных снегов, а Пуруша – в индуистской мифологии первочеловек, из тела которого была создана Вселенная. Каждая из его работ может восприниматься и как причудливый аттракцион, фокус, оптическая иллюзия, и как «озарение» не только в буквальном, но и в мистическом значении слова - будь то голограммы, над поверхностью которых словно бы зависает изображение геометрических форм, «объекты» - вылепленные из света, нематериальные, но скульптурные простые объемы, инсталляции вроде «Пуруши» или совершенно удивительный аттракцион «Камера восприятия», в которую зрителей погружают поодиночке на пятнадцать минут, во время которых ты и правда переживаешь нечто, неописуемое никакими словами.

Перед открытием выставки Таррелл побеседовал с обозревателем «Культуры»

- Вы работаете не только со светом, но и с цветом – ваши светящиеся пространства переливаются всеми оттенками спектра. Важна ли для вас символика цветов, игравшая огромную роль как в традиционном европейском искусстве, так и в авангарде – достаточно вспомнить Мондирана или Ива Кляйна…

- Я работаю не с символикой цветов, но с теми эффектами, которые они оказывают на наше сознание, это именно то, чем я занимался, когда в колледже изучал психологию восприятия. Меня интересовало, как мы видим цвета умозрительно – ведь если сказать «красный» или «синий», мы можем визуализировать их даже с закрытыми глазами, это как если сказать лимон, то во рту станет кисло. Меня так же очень занимал феномен синестезии, способности видеть звук или слышать цвет и свет, на меня в свое время очень повлиял Александр Скрябин, его эксперименты в области светомузыки. Скрябин, как и многие художники-абстракционисты, вдохновлялись идеями мадам Блаватской и Рудольфа Штайнера, и современные исследования доказали, что догадки антропософов о природе восприятия цветов были верны. Совсем недавно у меня была большая выставка в Швеции, где мои работы выставлены вместе с рисунками Штайнера и замечательной шведской художницы – антропософки, одной из первых абстракционисток, Хилмы аф Клинт. Но в работе с цветом я опирался не столько на абстрактную живопись, сколько на исследования американского ученого, изобретателя Полароида, Эдвина Лэнда – он так же исследовал восприятие цвета, но опирался не на краску, а на свет, так как он работал с фотографией. Если вы берете желтую и синюю краски и смешиваете их, получается зеленый. Но если вы смешиваете желтый и синий свет, то получается белый. В свете, в отличие от красок, всегда есть белый.

- А что такое для вас черное, тьма?

- На самом деле мы не можем увидеть абсолютную темноту, никогда не бывает так, чтобы совсем не было света. Полную темноту можно создать только искусственно, и то это почти невозможно – наше восприятие устроено так, что мы все равно будем видеть некий внутренний, умозрительный свет. Тьма, как и свет, это то, что существует в нашем восприятии, создается им. Наше восприятие решает, какого цвета небо, и при желании мы можем увидеть в нем все возможные цвета. Мы даем небу тот цвет, который мы видим – в буддизме это рассматривается как соучастие в акте творения мира, сотворчество с божеством, в этом смысле мы все – часть божества.

- Понятие «внутреннего света» является одним из основополагающих в вероучении квакеров, в традициях которых вы воспитывались – оно обозначает заложенную в человеке божественную природу. Свет в вашем искусстве имеет метафизическое, сакральное значение?

- На самом деле для меня только внутренний свет и существует. В нашей повседневной жизни мы привыкли использовать свет, чтобы видеть вещи. Я же хочу сделать видимым сам свет. Я работаю со всеми возможными источниками света – пламенем горящих дров, свечами, светоидами, галогеном, лампами накаливания – я очень люблю старые лампы накаливания, солнцем, луной, звездами…

- В Москве можно увидеть только ваши произведения, использующие искусственный свет, но вы создаете и инсталляции, являющиеся своего рода приборами для созерцания неба. Они есть в самых разных странах – в США, Израиле, Швеции. Небо для вас – везде одно, или каждая инсталляция приспособлена к специфике тех или иных конкретных небес?

- Конечно, небо везде разное – в Аризоне, например, небо очень чистое, и свет там резкий, а в Швеции из-за влажности он очень мягкий, рассеянный. Мне хотелось бы поработать с самыми разными небесами, сделать что-нибудь в Сибири, или в Ленинграде – то есть, Петербурге. Извините, мне как-то привычнее старое название, но, поверьте, я не вкладываю в это никаких политических смыслов. Меня вообще не интересует политика. Я вырос в квакерской общине, и там был самый настоящий коммунизм – никакой частной собственности, все общее. Но это возможно только в малом масштабе – как те же кибуцы в Израиле. В глобальном масштабе это обречено на провал. И художники, которые используют искусство для политических целей, как русские авангардисты, в конце концов, сами становятся жертвами политики. Политика – это такая ничтожно малая часть жизни…

источник

ШАРОВЕРЫ Дарьи Правды

27.06.2011

Шароверы - секта, существовавшая с 1977 по 1979 год в закрытом военном городе Кронштадт, под Ленинградом. Название шароверы было присвоено сектантам после раскрытия их деятельности и носит нарочито иронический характер, сами они называли себя Дети Сферы. Лидером и основателем секты была Вера Павлова рабочая "Морского Завода". Именно с ней произошла неординарная ситуация, которую женщина восприняла как откровение. Информация об этом знаменательном событии в жизни Веры сохранилась в виде её собственного описания на листке бумаги, так же существуют фотографии инсценировок Обретения Сферы, которые предположительно были сделаны для агитации и привлечение новых людей в ряды сектантов. Являлась ли Вера Павлова шарлатанкой, творческой личностью, сумасшедшей, действительной обладательницей волшебного предмета или сотрудницей КГБ, проводившей испытание на людях неформальным способом, определить сейчас невозможно.

На проходной "Морского Завода".

Как описывает сама Вера Павлова, в ночь с шестого на седьмое мая ей не спалось, она решила прийти на работу пораньше. Цех, где работала Вера, располагался на отшибе, в секретной части и без того засекреченной территории. Идя вдоль безлюдных корпусов завода, женщина увидела объект, находившейся в воздухе и медленно опускающийся на землю. Он представлял собой гладкую полусферу серого цвета. Вера застыла в изумлении, когда объект опустился на траву. Хоть она и была сильно напугана, всё же надела противогаз, как  подсказывал инстинкт и учили на уроках НВП, подошла ближе. В траве Вера обнаружила маленький серый шар, который в последствии она называла Сферой. Как пишет Павлова, когда она увидела шар, время остановилось, на глаза навернулись слёзы, в этой Сфере Вера увидела символ единства, и ей открылось какое-то знание, описать которое она была не в силах, ей всегда мешали сильные эмоции захлёстывающие сознание. Через какое-то время Вера пришла в себя, взяла маленький шар и отправилась в цех. Посмотрев на часы она заметила, что они остановились. О приземление странного объекта  женщина не доложила начальству и стала рассказывать и водить туда людей не сразу, а после того как убедилась - Сфера обладает свойством останавливать часы, любые часовые механизмы, находившиеся в радиусе 5 - 6 метров. Шар, впрочем, выглядел обычно, был сделан из пластмассы и полый внутри.

Интересно, что советская женщина Вера Павлова не отнесла шар в милицию, не отдала его в исследовательскую лабораторию, а стала действовать эмпирически, в её сознании пробудились какие-то древние архаические пласты, она хранила шар, как реликвию и пыталась постичь его природу с помощью ритуалов, которые сами собой возникали в её голове.

Вера решила, что Сфера, останавливающая механические часы, обладает омолаживающим действием. Собственно сектанты и занимались омолаживанием и поклонением Матери Сферы (полукруглый неизвестный объект, который так и остался незамеченным работниками завода). Как видно на фотографиях, в ритуале участвовало всегда 3 человека: Вера, её подруга и ассистентка Зинаида Виноградова и человек желающий омолодится. Такое небольшое число участников было обусловлено обстановкой секретности. Шароверы не хотели привлекать внимание. Зина держала два часовых механизма, а Вера два шара. Второй шар именовался Чёрной Сферой и был изготовлен в размер первого на "Морском Заводе" членами секты. Он являлся, как бы копией первой Сферы. Павлова усматривала в этом какое-то особое символическое значение и говорила, что зло есть тень, добро - свет, человек - тот кто отбрасывает тень. Чёрная Сфера размещалась с той стороны, куда падала тень. Предположительная длительность ритуала была небольшой. Сектанты омолаживались постепенно, каждый должен был повторять ритуал строго раз в месяц, чтоб по истечении нескольких лет добиться результата. В заключении каждой такой сессии участники все вместе обнимали "Материнскую Сферу". Возможно, благодарили её, возможно, просили о чём-то, рассказывали что у них на душе.

Сохранилось также изображение своеобразного алтаря Детей Сферы. Он представлял собой нечто среднее между церковным алтарём и красным уголком в советских учреждениях.

В итоге деятельность секты была раскрыта. Есть информация, что о странном поведение рабочих завода сообщил один из членов секты, посчитав, что Павлова не омолаживает шароверов, а как бы питает "Материнскую Сферу" их

жизненной силой.

Газета "Кронштадский вестник" №24, 1992 год.

Вера по дороге на работу.

Обретение Сферы

Как пишет Павлова, когда она увидела шар время остановилось, на глаза навернулись слёзы, в этой Сфере Вера увидела символ единства, и ей открылось какое-то знание, описать которое она была не в силах, ей всегда мешали сильные эмоции захлёстывающие сознание

Через какое-то время Вера пришла в себя, взяла маленький шар и отправилась в цех

Интересно, что советская женщина Вера Павлова не отнесла шар в милицию, не отдала его в исследовательскую лабораторию, а стала действовать эмпирически, в её сознании пробудились какие-то древние архаические пласты, она хранила шар, как реликвию и пыталась постичь его природу с помощью ритуалов, которые сами собой возникали в её голове.

Вера и Зина.

Как видно на фотографиях, в ритуале участвовало всегда 3 человека: Вера, её подруга и ассистентка Зинаида Виноградова и человек желающий омолодится.

В заключении каждой такой сессии участники все вместе обнимали "Материнскую Сферу". Возможно, благодарили её, возможно, просили о чём-то, рассказывали что у них на душе.

Шароверы - секта, существовавшая с 1977 по 1979 год в закрытом военном городе Кронштадт, под Ленинградом. Название шароверы было присвоено сектантам после раскрытия их деятельности и носит нарочито иронический характер, сами они называли себя Дети Сферы. Лидером и основателем секты была Вера Павлова рабочая "Морского Завода". Именно с ней произошла неординарная ситуация, которую женщина восприняла как откровение. Информация об этом знаменательном событии в жизни Веры сохранилась в виде её собственного описания на листке бумаги, так же существуют фотографии инсценировок Обретения Сферы, которые предположительно были сделаны для агитации и привлечение новых людей в ряды сектантов. Являлась ли Вера Павлова шарлатанкой, творческой личностью, сумасшедшей, действительной обладательницей волшебного предмета или сотрудницей КГБ, проводившей испытание на людях неформальным способом, определить сейчас невозможно.
Как описывает сама Вера Павлова, в ночь с шестого на седьмое мая ей не спалось, она решила прийти на работу пораньше. Цех, где работала Вера, располагался на отшибе, в секретной части и без того засекреченной территории. Идя вдоль безлюдных корпусов завода, женщина увидела объект, находившейся в воздухе и медленно опускающийся на землю. Он представлял собой гладкую полусферу серого цвета. Вера застыла в изумлении, когда объект опустился на траву. Хоть она и была сильно напугана, всё же надела противогаз, как подсказывал инстинкт и учили на уроках НВП, подошла ближе. В траве Вера обнаружила маленький серый шар, который в последствии она называла Сферой. Как пишет Павлова, когда она увидела шар, время остановилось, на глаза навернулись слёзы, в этой Сфере Вера увидела символ единства, и ей открылось какое-то знание, описать которое она была не в силах, ей всегда мешали сильные эмоции захлёстывающие сознание. Через какое-то время Вера пришла в себя, взяла маленький шар и отправилась в цех. Посмотрев на часы она заметила, что они остановились. О приземление странного объекта женщина не доложила начальству и стала рассказывать и водить туда людей не сразу, а после того как убедилась - Сфера обладает свойством останавливать часы, любые часовые механизмы, находившиеся в радиусе 5 - 6 метров. Шар, впрочем, выглядел обычно, был сделан из пластмассы и полый внутри.
Интересно, что советская женщина Вера Павлова не отнесла шар в милицию, не отдала его в исследовательскую лабораторию, а стала действовать эмпирически, в её сознании пробудились какие-то древние архаические пласты, она хранила шар, как реликвию и пыталась постичь его природу с помощью ритуалов, которые сами собой возникали в её голове.
Вера решила, что Сфера, останавливающая механические часы, обладает омолаживающим действием. Собственно сектанты и занимались омолаживанием и поклонением Матери Сферы (полукруглый неизвестный объект, который так и остался незамеченным работниками завода). Как видно на фотографиях, в ритуале участвовало всегда 3 человека: Вера, её подруга и ассистентка Зинаида Виноградова и человек желающий омолодится. Такое небольшое число участников было обусловлено обстановкой секретности. Шароверы не хотели привлекать внимание. Зина держала два часовых механизма, а Вера два шара. Второй шар именовался Чёрной Сферой и был изготовлен в размер первого на "Морском Заводе" членами секты. Он являлся, как бы копией первой Сферы. Павлова усматривала в этом какое-то особое символическое значение и говорила, что зло есть тень, добро - свет, человек - тот кто отбрасывает тень. Чёрная Сфера размещалась с той стороны, куда падала тень. Предположительная длительность ритуала была небольшой. Сектанты омолаживались постепенно, каждый должен был повторять ритуал строго раз в месяц, чтоб по истечении нескольких лет добиться результата. В заключении каждой такой сессии участники все вместе обнимали "Материнскую Сферу". Возможно, благодарили её, возможно, просили о чём-то, рассказывали что у них на душе.
Сохранилось также изображение своеобразного алтаря Детей Сферы. Он представлял собой нечто среднее между церковным алтарём и красным уголком в советских учреждениях.
В итоге деятельность секты была раскрыта. Есть информация, что о странном поведение рабочих завода сообщил один из членов секты, посчитав, что Павлова не омолаживает шароверов, а как бы питает "Материнскую Сферу" их жизненной силой.

Источник: ШАРОВЕРЫ у Дарьи Правды в FB


Be-a-a-ar!!! / Медве-е-е-едь!!…

26.06.2011

Be-a-a-ar!!! / Медве-е-е-едь!!…

"A be-a-a-ar!!!" - original handmade doll by Anna Zueva. 35 cm tall. Paperclay, textile, acrylic, mixed media. Unique edition. Date of work: June, 2011

"Медве-е-е-едь!!!" - авторская кукла Анны Зуевой. Сделана в единственном экземпляре в июне 2011 г. Высота: 35 см. Материалы: паперклэй, акрил, текстиль.

http://www.annazueva.com http://www.facebook.com/annazueva.dolls http://www.annazueva.ru

Сима внутри буквы П!

26.06.2011

IMG_2405_picnik

Кавина в Перми- несколько фотографий

25.06.2011

Лидия Кавина сегодня превосходно выступила на “Дне Европы” в Перми. Концерт состоялся перед зданием Пермской галереи, которая на самом деле не что иное как исторический собор, и терменвокс заставил снова вспомнить об этом. Хотя веселых мелодий у Кавиной, пожалуй, было гораздо больше :) Пермякам терменвокс и Кавина безусловно понравились.

(На логотип “Дней Европы” обратили внимание? Шик!)

IMG_2392


PS. Насчет логотипа, замечу что медведь в нем не от Единой России, а из герба Перми. В 18 веке "символизировал дикий нрав местных жителей"

Лидия Кавина и терменвокс – сегодня в Перми

25.06.2011

Дорогие пермяки, не забывайте что сегодня в восемь вечера на площадке перед Пермской галереей выступит прилетевшая из Лондона звезда терменвокса Лидия Кавина. Это очень хороший случай познакомиться с возможностями легендарного инструмента. Приходите!

Терменвокс (Лидия Кавина)

25 июня 2011, 20:00 На открытом воздухе Крыльцо перед галереей (Комсомольский проспект, 4)

Одно из самых ярких событий Международного фестиваля «День Европы 2011» в Перми – авторское выступление Лидии Кавиной. Приходите 25 июня в 20.00 к зданию Пермской художественной галереи, и вы услышите чарующие звуки удивительного музыкального инструмента терменвокс.

Полная программа фестиваля.

Поддержка данного мероприятия (проекта) была осуществлена Министерством культуры, молодежной политики и массовых коммуникаций Пермского края.


Также см. выступление Лидии Кавиной в Санкт-Петербурге

Авангард как тело и представление: случай Владимира Гольцшмидта

25.06.2011

Вот история еще одного легендарного футуриста - Владимира Гольцшмидта, незаслуженно малоизвестного. К тому же, Гольцшмидт оказался еще и пермяком, как и его друг Василий Каменский.

Владимир Гольцшмидт

Трагикомическая и легендарная фигура «футуриста жизни» Владимира Робертовича Гольцшмидта (189...-1957) стоит особняком в русском футуристическом движении.
Составители репрезентативной антологии «Поэзия русского футуризма» аттестуют эту фигуру «весьма одиозной даже среди футуристов». «Примазавшийся к футуризму» - выносит решительный вердикт С. Спасский. Прочие футуристы окружают Гольцшмидта заговором молчания. В мемуарах Д.Бурлюка или A.Крученых о нем не найти никаких сведений, вскользь упомянут Гольцшмидт в одном письме Маяковского, и только Bасилий Каменский тепло отзывается о своем друге и сподвижнике.
Критики и недоброжелатели изображают «футуриста жизни» шарлатаном от искусства, заведомым проходимцем и нечистым на руку альфонсом.

В воспоминаниях современников с Гольцшмидтом неизменно связываются анекдотические истории. Из книги в книгу кочуют рассказы о его атлетическом телосложении, золотой пудре, шелковых рубашках с вырезом и манере ломать о голову доски на публичных лекциях.
«Дух экстравагантности», «смесь преувеличенности, фантастичности, страстности и наивности»: все свойства кэмпа, по С. Зонтаг, безусловно были присущи Гольцшмидту. Он был совершенным воплощением футуристического кэмпа, и за одно только это мы должны быть ему благодарны.
Но кэмп, предупреждает Зонтаг, «отнюдь не обязательно значит плохое искусство, а некоторые произведения искусства, которые можно рассматривать как кэмп ... достойны самого глубокого восхищения и изучения».
Может показаться, что к Гольцшмидту все это никак не относится. Его принято считать маргинальным авангардным графоманом - «второстепенным, но колоритным персонажем» будетлянского зоопарка, как писал еще В. Марков в «Истории русского футуризма».
Однако и вне зоны кэмповской чувствительности творческая работа «футуриста жизни» достойна непредвзятого рассмотрения.
Его заслуги в пропаганде футуризма в провинции и становлении футуристической эстрады не подлежат сомнению, а художественная деятельность заставляет задуматься об истинном месте Гольцшмидта в истории русского авангарда начала ХХ века.
Основатель московского «Кафе поэтов», он был одним из самых активных футуристических лекторов, во второй половине 1910-х гг. объездил с гастролями Крым и Кавказ, Урал, Поволжье, Сибирь, Дальний Восток и Китай и даже в Японии ухитрился напечатать апологию русского футуризма.
С другой стороны, дошедшие до нас сочинения «футуриста жизни» никак не отличаются выдающимися литературными достоинствами. Немногочисленные тексты Гольцшмидта нелепы, претенциозны и местами откровенно смешны (хотя не более, чем у многих других футуристов). Лучшие из них полны заимствованиями из В.Каменского, товарища Гольцшмидта по ряду лекционных турне.
Вправе ли мы считать, что вопрос о Гольцшмидте тем самым исчерпан?
Ничуть. Критерии исторической оценки деятельности Гольцшмидта как художника в принципе несводимы к качеству текстов. Его искусство внетекстуально.
Литературу, живопись, театр, музыку Гольцшмидт считал второстепенными явлениями по сравнению с высочайшим родом искусства - жизнетворчеством. «Быть поэтом на бумаге, гораздо легче чем в жизни, в отношении к окружающему миру. Яркость красок на полотне гораздо дешевле, чем в личной жизни человека» - утверждал он в своем единственном сборнике «Послания Владимира жизни с пути к истине», изданном на Камчатке в 1919 г.
Бытие художника воспринималось им как тотальный творческий акт, материалом которого служило собственное тело артиста в последовательном воплощении футуристической телесности.
К дичку этой новой телесности Гольцшмидт привил маскулинную, витальную телесность цирка и чемпионата французской борьбы. К футуризму он шел не от литературы или живописи, а от натуризма, йоги, силовых номеров балаганов и атлетизма гимнастических залов.
Его предшественниками были не М. Ларионов, И. Зданевич или Н. Гончарова с вялыми узорами на лицах, а борцы с рельефными бицепсами на арене и фотографических открытках и художник-атлет И. Мясоедов с греческими кудрями и татуированными веками, написавший «Манифест о наготе».
Конкретными художественными произведениями на «пути к истине» преображения мира для Гольцшмидта становились трансгрессивные действия испытаний тела во взаимоотношениях с ситуацией и аудиторией - демонстрации телесной красоты и возможностей тела, натуристские акции, тело как «памятник самому себе» в блистательном перформансе 1918 г.
Это не обмолвка, ибо в случае Гольцшмидта мы видим все составляющие современного performance art.
Гольцшмидт, единственный из футуристов, дал образцы подлинного перформанса и истинного жизнетворчества. В остальном - не будем путать манифесты, стихи и картины с реальностью и выдавать желаемое за действительное.
Желтые кофты и деревянные ложки в петлицах, сценические жесты (опивки чая А. Крученых, обсценная жестикуляция «Поэмы конца» В. Гнедова) и раскрашенные щеки кубофутуристов и лучистов были лишь обычными богемно-девиантными модернистскими стратегиями с отчетливой интенцией рекламного эпатажа.
В жизнестроении, за исключением отдельных и часто близких к клиническим примеров, футуризм также не пошел дальше громких манифестов и скромной «театрализации», взятой напрокат у Н. Евреинова.
Только у Гольцшмидта видим концептуально осознанный перформанс, замешанный на телесной трансгрессии.
Забытый «футурист жизни» на десятки лет опередил не только соратников, но и акционистов Вены, художников «Флуксуса» и самозваную «бабушку перформанса» М. Абрамович.
И только для Гольцшмидта «высшей формой искусства являлось прямое творчество жизни, проявляющееся буквально во всем, начиная от физической тренировки тела и кончая своеобразной концепцией художественного произведения, реализующего не в традиционных предметных формах, а в непосредственных жизненных действиях, ощущениях и психических переживаниях» (Е. Бобринская, «Футуризм»).
Только Гольцшмидт выдвинул продуманную и открытую для всех программу футуристического творчества жизни и социума через строительство футуристической телесности как тотального творческого акта.
«Jeder Mensch ein Kiinstler», как говорил много позднее Йозеф Бойс.

Наталья Андерсон, Salamandra P.V.V.

ЧИТАТЬ БОЛЬШЕ НА САЙТЕ: Авангард как тело и представление: случай Владимира Гольцшмидта