Ощущение взрывающейся реальности

В самом деле, ощущение взрывающейся реальности, зафиксированное Бодрийяром, по времени совпало с критическим осознанием того, что средства массовой информации разрослись непомерно и полностью вышли из-под контроля. На эту тему нью-йоркский писатель Э. де Ак в 1984 г. высказывался в «Артфоруме» так: «Реальность давным-давно — жулик, жиголо, вспышка восхищения, фея, желание, роскошная подкладка той «пустоты», о которой мы сейчас толкуем. Давайте же притворимся, что живем с ней в ладу». С другой стороны, теории Бодрийяра и его довольно любопытное творчество в фотографии работали на образ Европы как «старого» мира, где вещи еще анализируют, обдумывают, взвешивают, ощущают, — в отличие от Америки, особенно же Нью-Йорка и Лос-Анджелеса, ставших центрами специфически культурных «аффектов», воплощающих настоящий «экстаз коммуникации», где общественное и частное, объект и субъект, истина и фальшь — все рухнуло, по Бодрийяру, в «единицу информации».

Но что в конечном счете характерно для симуляционистского искусства и его теории — симуляция в буквальном смысле теми же средствами копирует вдохновившие ее предмет или изображение, — так это то, как тесно они связаны друг с другом, по крайней мере, на какое-то время. Симуляционистское искусство и фотография ладят между собой, поскольку фотография симулирует реальность самим актом ее репрезентации. Реди-мейды Дюшана подсказывали, как радикально фотография может функционировать в качестве искусства. Но при всем этом Бодрийярова версия «симуляции» никак не способствовала разрешению дилеммы «постмодернизм сопротивления против постмодернизма реакции». В конце концов, она игнорировала проблему тендера и казалась неумолимо враждебной любой, кроме пассивных, форме потребления в позднемодернистской городской среде. Некоторые даже увидели в «гиперреальности» Бодрийяра одну из сторон этой проблемы, а не ее решение.

Бpэндoн Tейлoр

Комментарии запрещены.