Ну и бархат купить

Нигериец Инка Шонибаре родился в Англии; школа в Лагосе и каникулы в Лондоне сделали его своим в обеих культурах, а обучение в Голдсмит-колледже привило интерес к историческим "коллизиям между двумя мирами. Говоря на языке йоруба в Африке и на безупречном английском в Европе, Шонибаре подростком любил австралийские и американские телекомиксы, а позже приобщился к творчеству таких знаменитостей, как Синди Шерман и Розмари Трокель, теории феминизма и иронической тактике раннего авангарда. «Я понял, — говорит Шонибаре, — что не обязан принимать себя за какого-то проклятого «другого»: я могу с юмором выразить свое отношение к авторитетам, пародируя их, подражая им, передразнивая». И все-таки здесь не только юмор — порой вполне черный, — но и любопытство к соблазну материального благосостояния, не говоря уж о соблазне сексуальном, который так оживляет самые масштабные его проекты. Ключевым элементом всех работ Шонибаре доныне является яркий узорчатый ситец, так называемая «голландская набивка», которую как отличительный знак носят миллионы африканцев. Ткань эта, оказывается, — батик, появившийся в Индонезии в XIX веке и распространенный по миру английским и и голландскими колонизаторами, которые могли себе позволить и бархат купить. Потом такой ситец производили на ткацких фабриках Манчестера и экспортировали в Западную Африку, где его имитировали искусные местные мастера. Шонибаре подметил, что хотя на поверхностный взгляд эта ткань «аутентична» для Африки, на самом деле ничего подобного. Это культурный гибрид весьма запутанного происхождения: ведь африканцы, перенимая дизайн, скорее всего, не понимали того, что он уже перенят, позаимствован колониалистами и западным капитализмом в его самом беспримесном виде. В своем творчестве Шонибаре пользуется этим знаковым ситцем, пародируя и страсть Европы к экзотике, и африканские взгляды на европейскую цивилизацию. А для Касселя он сделал инсталляцию под названием «Галантность и непозволительная беседа» на тему любовных похождений британского аристократа во время его итальянского путешествия в рамках «большого тура» по Европе, который в восемнадцатом-девятнадцатом веках полагался для завершения образования. Занимая большой квадратный холл, инсталляция представляет собой настоящую карету XVIII века, под которой — восемнадцать безголовых фигур, задирающих свои одежды, дабы предаться любовным забавам меж сундуками и прочим багажом, сопровождающим их в этом прерванном путешествии.

clip_image001

Бpэндoн Tейлoр

Комментарии запрещены.