Фотоколлаж и деколлаж

О Германии конца 80-х определенно можно сказать, что там имелось несколько художественных центров, каждый со своими культурными традициями, своими механизмами власти и влияния, своей собственной сетью галерей и музеев. Одним из таких центров был Кёльн. В пятидесятые в этом городе зародилась та школа абстрактной живописи, что связана с именами Эрнста Вильгельма Нэя и Георга Майстерманна, переживших национал-социалистские проскрипции касательно современного искусства. Последовательно связанная с «Флуксусом», экспериментальной музыкой (Джона Кейджа, Нам Джун Пайка, Карлхайнца Штокхаузена и Дэвида Тюдора) и эстетикой деколлажа Вольфа Фостеля, кёльнская художественная коммуна к концу 80-х кодифицировала свои отличия от других региональных групп и добилась международного признания. Речь о художниках первоначального состава «Mulheimer Freiheit». Конечно, теперь Вальтер Дан характеризует свою тогдашнюю деятельность как «игры» с экспрессионизмом, а не поиски духовных глубин, как во весь голос было в свое время провозглашено. Да и Георг Докупил под влиянием по-детски непосредственного, интеллектуального и возвышенного Зигмара Польке, который часто выставлялся в Кёльне, стал расценивать неоэкспрессионизм начала 80-х как продукт определенно недобросовестный, едва ли не розыгрыш, навроде современных вебсайтов, предлагающих сделать фотоколлаж онлайн бесплатно.

Итак, ироничное, многослойное отношение к неоэкспрессионизму распространилось как вирус и к концу десятилетия поразило таких кёльнских художников, как Мартин Киппенбергер, Вернер Бюттнер, Маркус и Альберт Оелен. В это время Альберт Оелен столкнулся с проблемой, которая тогда казалась основополагающей для всякого авангарда: как «продолжать» с искусством, которое многократно провозглашено мертвым; как воссоздавать живопись, чтобы она была чем-то большим, чем просто всеотрицающий или назойливо повторяемый фетиш. «Главная причина, по­чему я решился писать, — говорил Оелен, — состоит в том, что живопись — это, по-моему, настоящее ядро искусства. А формально следовать всяким новым направлениям, видео, перформансам, или что там еще, или же совсем ничего не делать, — значит, сузить себе возможность самовыражения. Все это [т. е. новые направления] будет отброшено в тень новизной последующих технических изобретений». То, что появилась в результате, было, разумеется, не bellepeinture, а грубая отметина, шрам, свидетельство поражения, которое живопись как система образного мышления потерпела безнадежно и окончательно.

Бpэндoн Tейлoр

Комментарии запрещены.