Никто не хотел уезжать

Никто не хотел уезжать, однако и оставаться было нельзя. Ни работать, ни писать, ни публиковаться и даже жить было практически невозможно. При каждом малейшем поводе «хлыст диктатуры» опускался на головы будущих пассажиров все с большей и большей силой. В 1919 – 1920 гг. почти каждый день приходили известия о смерти близких и коллег, «собрания профессорско-преподавательского состава теперь немногим отличаются от поминок по нашим коллегам». Закрывая одно из таких заседаний, ректор Шимкевич обратился к присутствующим с мрачным юмором: «Господа, покорнейше прошу вас не умирать так быстро. Отходя в мир иной, вы находите успокоения для себя, но создаете массу неудобств нам. Вы же знаете как трудно обеспечить вас гробами, что нет лошадей для перевозки ваших останков на кладбище и как дорого стоит вырыть могилу для вашего вечного успокоения. Думайте прежде всего о своих коллегах, пожалуйста, и старайтесь протянуть как можно дольше». Даже новая экономическая политика ленинского правительства не могла в полной мере справиться с ситуацией, хотя во многом облегчила материальное положение интеллигенции.. В своих воспоминаниях Н.О. Лосский так написал о жившем в его петербургском доме в ожидании первого парохода Н. Бердяеве: «оказалось, что Бердяев испытывает какие-то тяжелые кошмары, кричит и борется, по-видимому, с какой-то злою силою». После этих тяжелых лет кошмары будут мучить Н.А. Бердяева еще долгое время.

Возвращаясь к событиям, связанным с высылкой, стоит упомянуть о том, какой запомнили набережную Васильевского острова пассажиры пароходов. Это было последнее впечатление, наполненное близкими и родными лицами, которое многие старались сохранить в своей памяти до момента возвращения. «Пруссия» отправлялась ранним утром (пассажиров разместили на ней еще накануне вечером), поэтому набережная была в это время еще пустынной, только вокруг парохода стояла небольшая группа людей, среди которых были в основном пришедшие попрощаться коллеги и родственники отъезжавших. Н.О. Лосскому это утро запомнилось таким: «Утром на следующий день на рассвете приехало на пристань много лиц провожать отъезжающих, не только родных, но и знакомых. В числе провожающих нас, имевших мужество прийти на пристынь, был профессор Н.И. Кареев. Последнее впечатление от любимого мной Петербурга была картина красивого силуэта Исаакиевского собора и зданий набережной на фоне неба». Никто из них никогда больше не увидит Петербурга и набережной Невы.

Из книги “Мифы этого мира”, 2008

Комментарии запрещены.