Проект зданий и комплексов

Белизна интерьеров и незаставленное, тонко продуманное пространство стало основным мотивом современной музейной архитектуры, как и продуманный проект зданий и комплексов многофункциональных. Идея дизайна зданий, придуманного Мейером для МАСВА, — внедрить свет и воздух в самое сердце старого, мрачного, запущенного квартала Раваль, расположенного к западу от знаменитой Рамбли, — привело к созданию открытого, но не имеющего четкой структуры пространства (обжитого теперь благодарными скейтбордистами) перед блистающим белым зданием, не заявленным ни архитектурно, ни социально и не вписанным в исторический контекст площади, где сохранился еще монастырь XVI века и несколько жилых домов. Внушительный южный фасад МАСВА впускает в музей много солнца, которое первым делом заливает пологий пандус (ссылка на ротонду нью-йоркского МОМА Фрэнка Ллойда Райта), а затем расположенные за ним залы. Однако именно культурно-эстетические свойства шедевра Мейера вызвали самую острую критику. Дело в том, что на момент своего открытия МАСВА, неэффективно управляемый консорциумом правительственных чиновников Барселоны и Каталонии и частным фондом, предоставлявшим средства на пополнение коллекции, не имел не только значимой коллекции, но даже директора. С 1995 г. его чрезмерно просторные и довольно безликие залы служат пристанищем для заезжих выставок, а к искусству Барселоны, Каталонии и Испании отношения в общем-то не имеют. Нужда в так называемом обновлении города и соответствии ожиданиям туристов, судя по всему, перевесила императивы планирования и архитектурного единства. Но, что ни говори, а благодаря своему впечатляющему МАСВА Барселона, несомненно, застолбила себе место среди самых современных испанских городов.
Точно так же, когда канадский архитектор Фрэнк Гери выиграл конкурс на проект нового здания художественного музея в старом центре испанского порта Бильбао, его репутация служила залогом того, что город появится на туристической карте и соответственно возрастут доходы казны. До того Гери доказал свое мастерство, выстроив замечательный особняк художнику Рону Дэвису в Малибу (1972) и небольшой музей дизайна для компании «Vitra» в немецком Вейле-на-Рейне (1989). Долгая дружба с художниками и глубокое понимание кубистской скульптуры помогли Гери при работе над зданием Художественного музея им. Фредерика Р. Вайсмана в Миннеаполисе (1993), а после этого он приступил к самому значительному на сегодня проекту в своей карьере, который к тому же призван служить важнейшим форпостом империи Гуггенхейма за пределами США.
Учитывая, что Бильбао — столица яростно независимой Страны басков, вполне резонно было ожидать хотя бы некоторых отсылок к традициям этого региона и его новейшей истории (взять, к примеру, небольшой городок Герника в 32 км на юг). Однако Томас Крене, энергичный директор разрастающейся империи Гуггенхеймов, совсем не это имел в виду, приглашая четырех известных архитекторов (Ханса Холляйна, Арато Исодзаки, Коопа Химмельблау и Гери). Завершенное в 1997 г. на длинном и узком участке берега реки Нервион, здание музея петлей уходит под автодорожный мост и, вынырнув, делает резкий рывок вверх. Видная отовсюду, эта серо-стальная масса наводит на мысли сразу и о выбросившемся на берег ките, и о заброшенном промышленном здании, и о знаменитых наклонных объемах русских архитекторов 1918-1921 гг.,. когда «архитектура» вынужденно была фантазиями, рождавшимися в живом воображении художника и остававшимися на бумаге (башню Татлина, как известно, таки не построили). А войдя в атриум музея, мы попадаем в мир фильма Фрица Ланга «Метрополис» (1920) или футуристических архитектурных видений Антонио Сант-Элиа. Другая приметная особенность проекта Гери — асимметричные объемы как бы рваного и мятого металла, начертанные компьютерной программой ломаные линии и стыки — указывает не на революционное прошлое, а на революционное будущее. Зритель захвачен увиденным, невиданными объемами и разрывами объемов, волнующим мерцанием света и тьмы, всеми этими эффектами, которые каждому, в меру его осведомленности в достижениях электроники, предвещает новый музей, такой, который сам по себе творение, подобное тем артефактам, что будут в нем выставлены.

Комментарии запрещены.